© 2015-2019 Благотворительный фонд «Спасение и сохранение Цимлянского водохранилища».

«Самая бессмысленная в мире»

Скоро в Дону смогут разойтись только такие малые суда. Фото: Елена Васильева

 

«Русская планета» выясняла, как воздействует Цимлянское водохранилище на экосистему Донского края и что можно сделать, чтобы остановить процессы обмеления

В Ростовской области катастрофически падает уровень воды в реке Дон. Рядом с хутором Крутой, который расположен недалеко от Цимлянского водохранилища, вода ушла от берега метров на 150. Местные жители говорят, что такого еще не было. В 2015 году проблема, которую десятилетиями поднимали экологи и ученые, сегодня достигла пиковой остроты.

Из-за обмеления главной водной артерии пострадал турбизнес: перестали ходить круизные теплоходы из Москвы, Санкт-Петербурга, Астрахани. С каждым годом в Дону становится меньше рыбы — давно нет белуги и осетра, теперь могут исчезнуть рыбец и шемая. Нехватку воды ощутило на себе и население. Этим летом у жителей горняцких территорий — городов Шахты, Новошахтинска и соседних поселков — были перебои с водой, которую доставляли на подводах. В Ростове ее пока хватает, но качество стало ухудшаться.

– Нынешний год оказался особенно маловодным, — говорит кандидат биологических наук, заведующий отделом ЮНЦ РАН Олег Степаньян. — Климат цикличен: если сегодня мало дождей, через год-два будет много. Но надеяться на это не следует — уже 10 лет идет ухудшение. В этом году в Дону в районе Цимлянского водохранилища уровень воды был на 50% ниже, чем средний за несколько лет. Это потянуло за собой остальную цепочку проблем.

Цимла держит воду на замке

Причины называют разные: изменения климата, малое весеннее половодье, хозяйственная деятельность человека. Правильнее рассматривать их в комплексе, так как они взаимосвязаны. Ученые солидарны в том, что первопричина — деятельность человека, а остальное скорее следствие.

Процессы обмеления начались после того, как на Дону в 1952 году построили Цимлянское водохранилище. Оно перекрыло естественное течение реки, задерживает и, условно говоря, хранит воду, не давая разлиться по всей длине, и держит за счет шлюзования ее уровень. Плотину доктор технических наук Владимир Лагутов, который несколько лет поднимает вопросы ее влияния на экосистему Дона, называет самой бессмысленной в мире.

– Единственное, что ее появление оправдывало, — это военные цели: обеспечение пути военным судам из северных морей в южные и наоборот. Но по сути это преступление против природы — мы погубили всю пойму, рыбу. Более 20 лет Дон не разливается, последнее половодье было в 1991 году. А нет разлива — водохранилище заиливается, родники и малые реки-речушки закрываются из-за отсутствия источников пополнения воды, — считает ученый.

Раньше, до появления Цимлы, весной приходила большая вода, заливала пойму. В ней создавались многочисленные, можно сказать, ясли для рыбы, в которых она метала икру. Когда вода уходила, рыбная молодь распространялась по Дону. Теперь воду держит на замке Цимла.

– Доходы от деятельности плотины за все годы меньше, чем стоимость потерянной рыбы. Это был стратегический запас страны. В случае неурожая ею можно было кормить все население 10 лет, — считает Владимир Лагутов.

Усугубляет положение дел судоходство. Ему сегодня отдан приоритет в использовании водных ресурсов. Дон превращен из природного объекта в техногенный канал, который служит в основном для перевозки грузов. Чтобы многотонные танкеры, баржи проходили по реке, она должна держать уровень воды в 4–5 м. Поскольку Дон с каждым годом мелеет, Цимлянское водохранилище поддерживает его. То есть выбрасывает тогда, когда нужно провезти грузы. Правда, с недавних пор бизнесмены начали экономить на шлюзовании — стали собирать не один-два, а караваны судов для прохождения. Только это не выход, а полумера.

Воду растащили «по частям»

Семь лет назад работа Цимлянской гидроэлектростанции была восстановлена. Сегодня она работает круглосуточно, а питается водой из хранилища. По словам Олега Степаньяна, до ее реанимирования шлюзы были закрыты, и уровень воды худо-бедно восстанавливался за зиму. Теперь же ГЭС «съедает» значительную часть водных ресурсов. Потребление воды возрастает также из-за развития промышленности — предприятия бесконтрольно ее используют для своих нужд.

– Воду просто разобрали по «кружкам и ведрам». Каждый, кто занимается хоздеятельностью, ставит, где считает нужным, маленькие плотинки и использует воду. Более того, сейчас занимаются добычей песка в пойме реки Дон, и на это власти дают разрешение бизнесу. Все это изменяет экосистему: грунтовые воды меняют направление, блокируются поверхностные стоки, — дополняет член научно-технического совета Эколого-технологической независимой академии Александр Водяник.

Добрая часть донской воды используется для полива сельхозполей. Водяник считает, что должна быть система расчета, на каких угодьях, сколько и чего можно выращивать, исходя из конечности ресурсов. Но это никто не регулирует, и аграрии сами решают, сколько им нужно воды для получения урожайности выращиваемых культур.

 

Растаскивают воду и частники — сегодня идет большая жилая застройка возле реки. Каждый особняк — это скважина, а то и две, и это тоже никак не лимитируется.

Комплекс проблем и решать нужно комплексно

Пытаясь улучшить водную систему, донские власти проводят выборочные чистки дна и берегов Дона и входящих в него малых рек. Однако это не только не решает, но порой усугубляет ситуацию. Александр Водяник приводит в пример реку Темерник, которую почистили в районе железнодорожного моста, а до верховья не дошли. Оттуда все спустилось вниз, и в итоге река превратилась в канаву.

– Когда пытаются чистить реку, даже самую малую, надо не одним отрезком заниматься, потому что нагонные явления все равно принесут всю грязь сверху вниз. У нас власть только отчитывается, сколько миллионов использовано на очистку того или иного участка, но никто еще не исследовал, что это дало. В отчетности отсутствуют показатели качества этого дноуглубления и «очистки», — утверждает эколог.

Ученые солидарны в том, что для решения всех проблем необходим комплексный подход. Причем масштабный, на уровне всей страны. Основной водосбор реки Дон, как говорит сотрудник ЮНЦ РАН Олег Степаньян, находится за пределами Ростовской области — в Воронежской, Московской областях. Донской регион пострадал раньше, потому что расположен ниже, скоро те же проблемы коснутся и остальных. Поэтому решать их нужно на принципах межрегионального сообщения.

Это одна сторона, вторая — чему отдать предпочтение: развитию бизнеса или жизни населения, а в глобальном масштабе и будущему. Ведь сегодня и ГЭС, и Ростовская АЭС, увеличивающая свои мощности, и судоходные компании — отдельные собственники, преследующие личные интересы.

Изменить управление — единожды и навсегда

Весь клубок проблем копился годами и не решался из-за нежелания власти брать на себя ответственность. В этом мнении едины все эксперты.

Владимир Лагутов: «У нас разрозненное управление: Азово-Черноморское, Азово-Донское пароходства подчиняются только своему руководству, отдельно работают водный транспорт, рыбная отрасль, минсельхоз. А водный бассейн должен состоять из всех интересов».

Олег Степаньян: «Стоит проблема: какие ресурсы кому подчиняются. Крупные реки относятся к федеральной собственности, небольшие речки типа Темерника относятся к управлению муниципалитетов, малые речушки — местных органов власти, вплоть до сельсоветов. И у каждого свой объем финансирования, которого не хватает».

Александр Водяник: «При СССР была единая система, теперь она распалась, и каждые несколько лет новые руководители пытаются создать новые программы. А должна быть одна, единожды сформированная, которой постоянно придерживались бы все пользователи ресурса и не отступали от нее».

Еще не поздно все исправить. По мнению Лагутова, на это потребуется 20–30 лет. Он давно пытается достучаться до власти. Писал статьи, выступал на научных симпозиумах, приходил к бывшему губернатору Чубу с программой и даже деньгами под нее. Но от него отмахивались. Если кратко, то его предложение таково: «Сначала создать условия для рыбы. В Ростовской области — донской осетровый парк, на Урале — уральский, на Волге — волжский. Если условия для рыбы будут пригодны, а она своеобразный индикатор, то воду сможет пить и человек. Промышленность должна быть на последнем месте. Тогда мы сохраним водный ресурс».

Ситуация приняла настолько критический характер, что вышла на федеральный уровень. Губернатор Ростовской области Василий Голубев обсудил с Владимиром Путиным проблемы Цимлы. Президент дал поручение начать разрабатывать меры.

 

Please reload

Недавние новости
Please reload

Архив
Please reload